Эпатажная балерина в эксклюзивном интервью WomanHit — о дружбе с Николаем Цискаридзе, отношениях с дочерью Ариадной и новыми разоблачениями Большого театра
В начале следующего года приме балета Анастасии Волочковой исполнится 50 лет. Но возраст ничуть не страшит звезду. Она абсолютно счастлива, ведь все, о чем когда-то мечталось, сбылось, и можно смело почивать на лаврах, наслаждаясь результатами своих трудов. Но это в не характере Волочковой. Для чего балерина всюду носит с собой пуанты, почему врачи строго запретили ей бегать, а также о творческих планах, ритуалах красоты и многом другом — в эксклюзивном интервью WomanHit.
— Анастасия, недавно вы приняли участие в телевизионном проекте «Погоня», чем вас заинтересовало шоу?
— Меня пригласили продюсеры и предложили достойный гонорар.Я ни от кого не пряталась, не убегала. Я бежала вперед, к своей цели. Они у меня всегда есть, и только приумножаются.Представляете: огромная территория ВДНХ, а я бегу с пуантами в руках. Думаю: если вдруг меня поймают ловцы, смогу хотя бы порепетировать.
— Почему вас поймали первой?
— Знаете, я люблю быть первой, первой была и в этом случае.
— Вы взяли с собой пуанты на удачу, это ваш талисман?
— Я взяла их не на удачу. Пуанты — это символ моей профессии. Как великая русская балерина я вошла в историю России. На сегодняшний день я самая узнаваемая в стране, поэтому меня приглашают на проекты. Что вы хотите сказать — пуанты-талисман? Это для кого-то талисман. Для меня это реально моя драгоценная обувь.
— Вы сказали, что испытали стресс перед забегом, почему?
—Я испытала стресс по той причине, что я балерина, я берегу свои суставы, свои мышцы. Мое тело — это мой божественный инструмент, которым я свечу для людей.Я 20 лет всех зрителей приглашаю абсолютно бесплатно на свои выступления. Для меня деньги никогда не стоят и не стояли во главе угла. Но для того, чтобы выходить на сцену, мне всегда нужно быть в форме. Поэтому стресс у меня возник от того, что из-за изменения в суставах мне бег противопоказан — нельзя давать серьезную нагрузку на них. Поэтому я хотела, чтобы меня первой поймали. Закончить эту историю и не подвергать свой организм большой опасности. На этом проекте разрешалось где-то ходить пешком, искать по картам какие-то точки, объекты, которые нужно было достичь и что-то найти там. Но, слава Богу, это все быстро закончилось.
— Да, на 19 минуте.
— Да. Но вы знаете, многие люди, которые звонили, сказали, что кроме Анастасии Волочковой там не на кого было смотреть. Извините за нескромность, но так и было. У меня красивые, стройные, длинные ноги, которые я показала и в этом проекте. У меня красивое тело. Я красивая женщина. И я украсила этот проект, как и многие другие.
— А вообще в жизни стресс испытываете часто?
— Вы знаете, я не испытываю никакого стресса. Какой стресс? Это волнение, а его я испытываю в том случае, когда выхожу на сцену. Это волнение показать профессионализм. Волнуюсь перед моим новым шоу «Одержимость», которое набирает обороты. Будет все очень круто. Стресс я раньше испытывала от каких-то недобрых людей, которые брали на себя наглость осуждать человека, состоявшегося как личность и прославившего Россию. У меня сегодня фотосессия с Еленой Галицыной для афиши нашего нового спектакля. Он будет называться «Зеркало». Это драматический спектакль с элементами танцевального и хореографического искусства. И это зеркало, в котором Анастасия Волочкова увидит не то, что она, может быть, хотела увидеть, но то, что ей судьба послала. Я за все благодарна Богу. Так что никаких стрессов у меня в жизни нет. Живу, как хочу.
— Это как?
— Помимо двух моих самых священных ипостасей — сцена и балетный зал, я делаю все, что хочу. Я счастливая женщина, счастливая балерина и счастливый человек — успешный, самодостаточный, богатый, добрый, светлый, отзывчивый. У меня такая огромная аудитория и армия поклонников, которыми я дорожу. Я ни разу не отказала им в возможности со мной сфотографироваться. Пятилетние дети меня знают лично и любят за мою искренность, за мое отношение к ним. Этим может похвастаться не каждая балерина. Можно я вам встречный вопрос задам? Назовите мне, пожалуйста, пять имен прима-балерин, которые танцуют сегодня в Большом театре.
— Сложно сказать.
— Ну, слава тебе, Господи. Вот чем там хуже, тем мне лучше. А Анастасию Волочкову и Николая Цискаридзе знают все.
— А вы с ним общаетесь?
— Когда созваниваемся, часто вспоминаем, как мы, две сильные личности, помешали этой структуре Большого театра. Помешали правдой, тем, что другие люди боялись сказать. И Коля Цискаридзе мне всегда говорил и говорит о том, что на Анастасии Волочковой, на Николае Цискаридзе и на Юрии Григоровиче (царствие ему небесное, тридцать лет мы с этим добрым моим ангелом-хранителем были в одном творческом тандеме), так вот на этом трио закончился Большой театр, который погряз в помойке. Деньги стали вмешиваться в репертуарную политику. Но, как правило, платят за тех, кто не обладает талантом. А кто талантом обладает, за тех не платят.Это правда. Я стала заложницей такой ситуации в 2003 году, когда меня увольняли незаконно. И я единственная балерина, у которой получилось выиграть судебный процесс у Большого театра, доказать свою правду, послать их на три буквы.
— А в чем заключается помойка?
— А это когда кордебалетных девочек реально превратили в проституток. Они просили меня защитить их интересы, но я им не могла ничем помочь, потому что они боялись сказать правду. Они боялись сказать о том, что их загоняют на корпоративы, которые устраивают олигархи во главе с бывшим директором Большого театра.
— Но вы же не испугались?
— А Волочкова отличается смелостью, силой духа, силой воли и умением сказать правду, умением отстаивать свою позицию. А для того, чтобы ее отстаивать, для начала ее надо иметь, а она у меня есть и человеческого формата, и политического.Я реальная, настоящая русская балерина. И я горжусь этим, я дорожу всеми навыками, которые мне дали мои педагоги.Это великие мэтры: Майя Плисецкая, Юрий Григорович, Наталия Игоревна Бессмертнова, Екатерина Максимова, Владимир Васильев, Галина Уланова, Наталья Макарова, Михаил Лавровский, Надежда Павлова, Марина Кондратьева, Борис Эйфман. Это мои педагоги, а молодое поколение сейчас даже не знает этих людей. Они передавали мне свои навыки.Я счастливая балерина.
— А ведь Большой театр был изображен на рублевых купюрах.
— А почему Большой театр был на сторублевых купюрах? Он раньше всегда был визитной карточкой страны. Я хочу сказать, что во времена творческого правления Юрия Федоровича Григоровича в Большом театре в одно время танцевала целая плеяда артистов, и вы их знаете. Это Майя Плисецкая, Марис Лиепа, те, кого я назвала, это мои педагоги, Владимир Васильев, Екатерина Максимова, Наталия Бессмертнова… А сейчас ни мы с вами, ни журналистская братия не можем назвать новых имен.
— И где сейчас взять педагогов?
— Я училась в высшей школе экономики. Защитила диссертацию по теме создания творческих школ Анастасии Волочковой в регионах Российской Федерации. И поняла, что самая большая проблема в регионах — это отсутствие педагогического состава, кадров, потому что их нет. Откуда вы хотите, чтобы эти звезды взялись, если сегодня все за бабки? Я вам говорю правду — искусство разрушается. Вы понимаете? Во времена Великой Отечественной Войны балерины на поездах танцевали, поддерживая солдат. А сегодня что мы можем посмотреть? Ничего, потому что нет педагогов. Все педагоги, которых я назвала вам, великие мэтры искусства балета, ушли из жизни. А на смену-то им никто не пришел. Никто!
— А что произошло с Цискаридзе в конце его службы в Большом театре?
— Его постигла та же участь, которая постигла и меня, когда меня незаконно увольняли. Коля Цискаридзе — единственный, кто не подписал письмо, которое заставлял подписывать Иксанов против меня. Даже не просил, а настаивал в приказном порядке: подпишите письмо, что Волочкова большая и толстая, с ней невозможно танцевать, а если вы не подпишете, то это будет ваша последняя поездка за границу, последний ваш спектакль в Большом театре. А спустя 10 лет уже против Коли этот же Иксанов просил подписывать письмо, только у педагогов, что якобы, Цискаридзе непрофессиональный педагог. А Коля Цискаридзе — это легенда, профессиональный артист, прекрасный человек, у него юридическое образование, я считаю, что он должен возглавить Большой театр и не допускать беспредела, который там сегодня происходит. Но слава тебе Господи, Коля сегодня ректор Академии балета имени Вагановой, которую я заканчивала, в которой я училась, и он ее привел в ее в невероятное профессиональное составляющее. Но когда против Коли подписали письмо педагоги, я первая протянула ему руку помощи, пошла и начала говорить правду, а правду никто не любит.
— Вам удалось попрощаться с Григоровичем перед его смертью?
— В 99 лет он ушел в жизни. Я была у Юрия Григоровича в последние дни его жизни тайком, меня не пускали с ним попрощаться просто. Его лечащий врач тайком проводил меня в санаторий в Барвихе, где мастер поправлял свое здоровье, если можно так сказать. Там были его племянник и пресс-атташе, которые оберегали его наследство.
— Как сегодня проходит ваш обычный день?
— Сегодня я собираюсь на фотосессию с Еленой Галицыной, фотографом самых лучших моих кадров, мы готовим с ней фотоальбом. Я очень верный человек, я понимаю, что это грандиозная личность, она сняла мне несколько клипов на мои песни «Одна» и «Слезы моих бывших». Все, кто из моей жизни исчезают, они все становятся бывшими: бывший муж, бывший водитель, бывший пиар-директор. В данный момент я сижу на веранде своего дома, смотрю на сирень, которую я посадила, курю кальян, и разговариваю с вами. День начинается с того, что я окунаюсь в ледяную купель, которая стоит на участке. Потом я пью зеленый чай, после этого иду в балетный зал, репетирую, занимаюсь, делаю гимнастику с резинками, эспандерами подкачиваю те суставы, которые требуют этой работы. И потом могу позволить себе интервью, съемки, встречи, которые мне необходимы, обсуждения моих творческих проектов. Сама пишу сценарий для своего спектакля. Написала уже много. День мой проходит просто очень счастливо, поэтому всем завистникам хочется сказать: завидуйте молча.
— Что вы недавно делали на международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге?
— Месяц назад меня на него пригласили по теме совершенно идиотской, но, к сожалению, почему-то сегодня она обсуждаема — может ли хайп быть инструментом. Это же какой-то ужас, если честно. И я сказала правду. Мне дали 7 минут на выступление за круглым столом. Не может быть хайп инструментом, потому что профессионализм и хайп — это разные вещи. Хайп — это кратковременное привлечение внимания к чему-либо. Это кратковременный ажиотаж. А у меня не кратковременный. Во времена моего становления, я сказала это на форуме, когда я училась в академии балета имени Вагановой, не имея никаких данных физических, придя в эту академию, но выработав их с помощью педагогов, которые меня учили, я закончила эту академию с красным дипломом. А тогда не было ни хайпа, ни соцсетей. Мне это тогда бы и не помогло. Мне помогло трудолюбие, целеустремленность. И работала я так, как даже сейчас не работаю. С 8:30 до 7 вечера проводила время в балетном училище, а приезжая домой на окраину Питера, начинала каждый день занятия с женщиной, с балериной, которой я обязана жизнью. Это ученица Агриппины Вагановой, Эльвира Валентиновна Кокорина. Вот что мне помогло, а не это дерьмо. Вы поймите, что это пустота. Вот я сегодня сижу здесь, курю кальян, и я счастлива. И после всего того, что я сделала в своей жизни, я, по сути, вообще могу больше ничего не делать. Мне 49 лет. У меня юбилей 20 января, мне будет 50 лет. Это так много уже оказывается. Но я молодая, красивая, талантливая, сексуальная. И мне завидуют. Но лучше быть предметом зависти, чем сострадания. Это слова Фаины Раневской.
— Как сегодня за здоровьем следите?
— А зачем мне за ним следить? Со здоровьем все в порядке. Я не то, что слежу, я поддерживаю его. Я парюсь в домашней русской бане, у меня ледяная купель, профессиональный массаж.А что мне еще нужно? Больше ничего. Любимый человек рядом.Все прекрасно.
— С дочерью Ариадной часто видитесь?
— Она вышла замуж, приезжает с мужем Никитой ко мне домой.Они живут своей жизнью. У них своя квартира. Я со своей мамой реже вижусь, чем со своей дочерью.
— Французскую Сорбонну она все еще мечтает окончить?
— У нее нет Сорбонны в мечтах. Она уже сама профессионально выучив французский язык, вместе с английским преподает его онлайн и детям, и взрослым. У меня гениальная дочь.